Банковский кризис?

Как можно определить простейшую схему функционирования банка? Купил деньги у одного за сумму Н, соответствующую процентной ставке (депозиты или межбанковские кредиты), продал другому за Н+М (кредиты предприятиям и физлицам), где М и будет доходом банка, из которого будут покрываться риски самого банка по невозврату кредитов и амбиции менеджмента и собственников (само собой разумеется, и налоги, издержки на обслуживание, и пр.).

Институт банковского дела сам по себе базируется на доверии первых, т.е. тех, у кого деньги привлекаются, и надёжности последних, которым они отдаются. Однако, если само доверие страдает, в данном случае, являющееся фундаментом этого самого института, то трещина пойдёт и по самому зданию. Причём глубина этой трещины, сколько ни кричи из окон собравшимся о том, что здание не упадёт, будет зависеть исключительно от внешних факторов: ветра перемен в правительстве, волны наездов на банки и сотрясающих стены здания рук народа, пытающихся оттянуть из банков свою наличность. Представить, что одновременно (или, по крайней мере, в додстаточно сжатые сроки) придут все вкладчики и потребуют свои деньги, в банке, конечно, могут, но деньги сразу не отдадут в любом случае (потому что их там нет, см. упрощённую схему выше).

Одно дело, когда кризису способствует общеэкономический кризис в стране — в таком случае объективная ситуация сама подсказывает человеку, как поступить (в данном случае необходимо вкладывать деньги в объекты, не теряющие своей ценности вследствие каких бы то ни было факторов, причём как можно быстрее, пока первые не потеряли основной массы своей покупательной способности). Совсем другое дело, когда кризис заранее планируется с какими-либо задачами, которые должны достигаться в результате. Во втором случае кризис будет локальным и быстрым и, в принципе, не должен оказывать значительного влияния на общеэкономическую или отраслевую конъюнктуру. Однако иногда внешняя ситуация складывается так, что выходит из-под контроля сил на самом верху мироздания (т.е. тех, которые эти мини-кризисы и устраивают), начинается массовая истерия, в которой прогнозировать вообще ничего нельзя.

В России межбанковский кризис начинался, казалось бы, подконтрольно тем самым силам: закрыли один банк (можно, я не буду говорить о своих предположениях насчёт причин?), пригрозили другому, третьему… Реакцией на это стало падение рейтинга доверия на ранке межбанковского кредитования, в первую очередь, в отношении мелких банков (которые как раз меньше всего защищены и вынуждены вести высокорисковые операции, сулящие, по всем законам экономики, наибольшую прибыль). Всё бы ничего (ну, не мелкие же банки являются рынкообразующими), да только раздувание (думаю, далеко не безосновательное) проблемы в СМИ привело к тому, что граждане начали осаждать отделения даже самых крупных банков, в результате чего Гута-банк «остановил платежи» (то, что он нечист на руку, подозревали многие, причём ещё в июне, «когда агентство „Интерфакс“ распространило сообщение годичной давности об обысках в банке в связи с нарушениями закона о противодействии отмыванию преступных доходов», сейчас же в банке просто «не оказалось денег»), а Альфа-банк стал срочно запасаться наличными деньгами, предварительно отрубив свою обширную сеть банкоматов (недостатки большой сети именно в том, что она одновременно может выдать огромную кучу денег) — при этом в самом банке не перестают повторять, «что никаких финансовых проблем у банка нет».

В этой связи у меня появляется вопрос, что, собственно, следует считать финансовой проблемой банка: фактическое отсутствие денег в банкоматах или его устойчивое финансовое состояние? Насколько я понимаю, если банк не выполняет условий, прописанных в договоре счёта, это, конечно, можно было бы отнести к юридическим проблемам, если бы банк (кредитное учреждение и часть финансовой системы государства) сам не был финансовой организацией. И если у меня нет абсолютно никаких сомнений в устойчивости Альфа-банка (в конце концов, было бы наверху желание его «замочить» в отхожем месте — давно бы уже сделали), то не факт, что такой же позиции придерживается большинство его вкладчиков.

Тем не менее, кризис уже вступил в свою острую фазу, раз уж ведущие банки в один голос стали кричать, что кризиса нет. Лишним подтверждением этого является заявление платёжной системы Visa о первых ласточках закрытия операций через свою систему.

Лично мне ситуация напоминает преднамеренное замутнение воды, в которой, как все знают, очень хорошо ловить рыбу. Более того, создание проблем конкуренту малыми силами является получением того самого конкурентного преимущества. PR-кампания и гринмейл — одни из самых дешёвых способов увеличения стоимости такого значительного нематериального актива как репутация (которая, естественно, не берётся ниоткуда — просто переходит от конкурента). Намеки, компромат, неразбериха… А вывод каждый обыватель сделает сам для себя (не дурак же он), причём совершенно очевидные. Лично я вижу очень чёткие параллели Юкоса и Альфа-банка (совершенно не в финансовой сфере — в сфере политических рисков). Оба были фактическими лидерами своей отрасли, оба казались абсолютно устойчивыми, по сравнению с нижестоящими. «Если замочили Юкос, то и Альфу смогут», — подумает честный россиянин и заберёт деньги из своего Сбербанка.

Моё личное мнение состоит в том, что от исчезновения Юкоса нефтяная отрасль не рухнет, равно как и от исчезновения Альфа-, Гута-, Бета-… и пр. банков не рухнет банковский сектор — до тех пор пока существует спрос на конкретный товар. В конце концов, если у них возникли проблемы (вне зависимости, естественные или искусственные, настоящие или сильно надуманные), значит, они встали где-то на пути развития системы. И проблемы будут до тех пор, пока их не устранят, так или иначе, пока ситуация не сбалансируется и конфликт не исчезнет. Ибо систему сломать гораздо сложнее (если не сказать «невозможно»), а ситуация будет конфликтной до тех пор, пока не наступит равновесие (коим нельзя назвать кризис).

Другое дело, что широкомасштабный кризис невыгоден никому: в случае разрушения крупнейших игроков рынка (под разрушением понимается просто их увод под контроль других лиц, уже на рынке присутствующих) сами эти игроки, в качестве последнего аккорда, используют и свои агитационные ресурсы, дабы не дать спокойно жить оставшимся. В результате нефтяные короли, уверенные во всемогуществе государства, уведут свои активы ещё дальше в оффшоры, а банки начнут медленно стагнировать. Рост прибыли в условиях кризиза возможен лишь у небольшого количества участников, поэтому большинству невыгоден. Именно потому сейчас так много говорят со всех сторон, что и беспокоиться не о чем.

Однако все почему-то забывают об одном: открытость («транспарентность») действий чиновников в реальном виде существует и действует только на Западе. А у нас ещё очень велика прослойка людей, которые помнят времена, когда говорили одно, а делали другое (вспомнить павловский обмен денег, гайдаровское повышение цен, отказ от выполнения долговых обязательств (aka дефолт) по Кириенко и многое другое). На них даже Путин не подействует.

Я не хочу создавать лишний ажиотаж (слава богу, посещаемость у сайта низкая) и советов давать не буду. Тем более, что, в случае банковского кризиса, дома деньги не сохранятся лучше. Думайте сами и делайте то, что считаете нужным. И да, самое главное, помните, что всё, что происходит, кому-то выгодно (про Цицерона, надеюсь, слышали?).

Keywords: банковский кризис, экономика, россия

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *